Бродил, напевая, по странным местам В далёкой лесной стороне. И ветка сирени, противясь словам, В лицо вдруг ударила мне. Густые соцветья пяти лепестков, Приятный хмельной аромат. "Ну что ж!", - я решил, - "Обойдёмся без слов!", Срывая все ветки подряд. Вернулся в свой маленький дом на холме С багровой охапкой в руках, - "Давай ка, Сирень, ты послужишь и мне Как сказано в пыльных томах!" В тени под навесом, насыпав рядком, Соцветья и листья сушил, А после собрал и таким "табаком" Старинную трубку набил. Устроился в кресле - прекрасный закат Во всю полыхает вдали. И мне никогда не вернуться назад - Давно сожжены корабли. В клубах разноцветного дыма душа Свернулась лихим завитком. И феи лесные, войдя не спеша, Заполнили маленький дом. Их было двенадцать, а может и сто - Одна красивее другой. "Ты рвал нас?" - спросили, - "Да рвал, ну и что?" - "Раз рвал, так женись, дорогой!" Вот так и живём, созерцая закат В далёкой лесной стороне. И каждая фея, заметив мой взгляд, Всегда улыбается мне.

В мире дерзких фантазий король - Это я, что-то холодно мне. Рюмку водкой наполнить изволь, Чокнись - вон мой... портрет на стене. Я - лишь зеркало в доме твоём, Посмотри - и увидишь меня. Разум твой весь охвачен огнём Я - огонь... ты же хочешь огня? Даже если закроешь глаза, И исчезнет реальности след, В темноте - моих глаз бирюза Есть лишь я... ничего кроме нет. И когда вдруг захочешь воды, Среди ночи, на кухне стакан Обозначит вдруг чьи-то следы, То был я... я наведался к вам. Не ходи в туалет - унитаз, Твои тайны хранящий - портал, Сквозь который входил я не раз В твоём доме... и в спальню, и в зал. Человек у тебя под окном, Посмотри - не случайно он здесь, Вверх глядит под осенним дождём, Это я... нужно только залезть. В дверь звонок - подойди, не робей, Я решился тебя навестить. Что же медлишь, открой поскорей. Пригласишь... месяцок погостить? Кот твой, вот уж на что меломан, Спит в углу, и мурлычет во сне. Он ведь тоже немного шаман, А мурлычет... опять обо мне. Даже твой монитор обнаглел - Интернет на моей стороне. Сколько Гребень бы песен не пел, Он поёт всё одно... обо мне. И в молитвах, что шепчут уста, В фолиантах, где слово - закон, Голос слышится мой не спроста. Я и там... и иду напролом. В холодильнике, в сыре, в вине, В бутербродах, что ешь на обед, В сигаретах, в грибах и в дерьме Есть лишь я... ничего кроме нет. Но когда, утомившись от дум, Вдруг умолкнешь, тогда в тишине Откровенье наполнит твой ум: "Я - в тебе, но и ты ведь... во мне". PS. По мотивам вот этой темы из Энигмы... Beyond the Invisible: https://www.youtube.com/watch?v=f8mMWh62XpU

﷽ Ya-Sin 36:39 MUHSIN KHAN And the moon, We have measured for it mansions (to traverse) till it returns like the old dried curved date stalk. PICKTHALL And for the moon We have appointed mansions till she return like an old shrivelled palm-leaf. SAHIH INTERNATIONAL And the moon - We have determined for it phases, until it returns [appearing] like the old date stalk. SHAKIR And (as for) the moon, We have ordained for it stages till it becomes again as an old dry palm branch.